Абхазия, Азербайджан, Армения, Беларусь, Грузия, Казахстан, Кыргызстан, Латвия, Литва, Молдова, Приднестровье, Россия, Таджикистан, Туркменистан, Узбекистан, Украина, Эстония, Южная Осетия
Вы находитесь: Главная » Новости 2 » 6.03.2014. РОДНОЕ СОЛНЦЕ. Посвети нашим близким на родине, как мы ютимся в палатке, как больные, удрученные, под 82° широты

6.03.2014. РОДНОЕ СОЛНЦЕ. Посвети нашим близким на родине, как мы ютимся в палатке, как больные, удрученные, под 82° широты 

Сто лет назад погиб полярный исследователь, российский гидрограф Георгий Яковлевич Седов. Трагически завершилась организованная им экспедиция к Северному полюсу. Участникам похода удалось пройти только 200 км из предполагавшихся 2 тысяч. Несмотря на неудачу, экспедиция Георгия Седова, члены которой пожертвовали жизнью ради открытий, стала важной вехой на пути освоения Арктики.

1394101104_01

Георгий Седов родился 5 мая 1877 года в бедной многодетной семье, на хуторе Кривая Коса, на Азовщине. С детства вынужден был работать, а возможность учиться получил только в 14 лет. Ускоренно окончил курс церковно-приходской школы, был первым учеником в классе.

Еще подростком он мечтал стать капитаном дальнего плавания. Родители были против учебы сына, и он стал тайно готовиться к уходу из дома.

Мечту свою Седов осуществил.

Однако он хотел заниматься морской наукой и экспедиционной деятельностью, для чего нужно было перейти в военный флот.

Седов поступил вольноопределяющимся в военно-морской флот и прибыл в Севастополь, где был зачислен в учебную команду и назначен штурманом на учебное судно «Березань». В 1901 году, добившись звания прапорщика запаса, Георгий Яковлевич перебрался в Петербург, где экстерном сдал экзамены за курс морского корпуса.

Участвовал в гидрографической экспедиции в Северном Ледовитом океане, в изучении устья реки Кары и около Новой Земли, описании Карского моря.

В 1912 году у Седова родился замысел экспедиции к Северному полюсу. 28 августа «Святой великомученик Фока» вышел из Архангельска. При подготовке похода, вероятно, из-за спешки, были совершены существенные ошибки, что во многом предопределило его неудачу. Для второй зимовки не хватало топлива и продовольствия, сказывался неверно сформированный рацион питания экспедиции. Болезни среди экипажа усилились.

20 февраля 1914 года Георгий Яковлевич скончался среди льдов возле острова Рудольфа. Там и похоронен своими спутниками Григорием Линником и Александром Пустошным.

            Последние дневниковые записи Георгия Седова

…Пятница, 7 февраля. Сегодня Линник случайно поднял нас в 3 ч. утра; так как мы перележали все бока, то охотно все выползли из мешка, согревали чай и сидели с примусом до 7 ч утра, когда сравнительно светло, запрягли собак и в 8 ч следовали дальше. Сегодня тер. миним. показал –40° Ц. Дорога сегодня была ужасно мучительная: ропаки и рыхлый глубокий снег, откуда он взялся, неизвестно; да и плюс к этому –35° мороза и ветер О/4, как раз в правую скулу. Страшно тяжело было идти, а в особенности мне, больному. Собаки-бедняжки не знали, куда свои морды прятать. Очень ходко на холоде идут, но стоит только стать, как сейчас же роют себе ямки и прячутся туда от холода. От 2 до 4 была вьюга, это окончательно нас убило, мы едва подвигались вперед. Я все время оттирал лицо и все-таки не усмотрел, как немного отморозил нос. В 4 ч стали лагерем у мыса Ficher, пройдя и сегодня, несмотря ни на что, около 14–15 верст. На ночь 5 собак беру в палатку.

Суббота, 8 февраля. Сегодня выехали позднее обыкновенного, около 9 ч утра. Я долго возился с лечением ранок на руке, которые я получил от примуса, и на ногах в шагу, которые натер брюками. Надел другие брюки, почувствовал облегчение. Ночью была вьюга, 5 собак ночевали в палатке. Мешок местами уже обледенел, спать было холодно. Простыня внутри мешка здорово холодит, потеет, замерзает и т.д. Думаю ее в Теплиц-бае выкинуть. Встретили много больших ропаков и глубокий снег, но в общем сегодня была дорога сносная, попадались солончаковые поля. Одно было ужасно скверно, это NNW/2, ветер в лицо при –35° морозу. Я окончательно простудил себе грудь. Бронхит меня давит, не могу отдышаться, под вечер страшно лихорадит, едва отогрелся на примусе. Ах, дорогой, дорогой спаситель наш примус! Собак сильно бьет мороз. Кормили их досыта по 1 ф. и более галет. Прошли около 15 верст и остановились в 4 ч ночевать за островом Мария-Елизавета.

Воскресенье, 9 февраля. Сегодня с утра Варнак устроил себе праздник. Убежал в ропаки, а затем преспокойно конвоировал нас по курсу до обеда, после полудня его удалось поймать и запрячь. Сегодня было хотя и много градусов мороза, но ветру было мало и двигаться было сравнительно тепло. Снялись, по обыкновению, в 9 утра и, пройдя около 15 верст, в 3 ч стали ночевать у зимовья Нансена. Ропаков было мало, но рыхлого снегу уйма, так что в общем дорога была тяжелая. Я до того заболел бронхитом, что не мог идти. Шел вперед Линник, а я сидел на нарте, в которую подпрягли двух лишних собак. Этой же нартой я с трудом управлял. Мне дышать совсем трудно на морозе за работой. Боже, неужели я не поправлюсь до Теплиц-бая! Не то скандал. Сегодня вечером чай с ромом. Примус меня очень спасает. Было 4 чистилки, а осталась только одна, три сломали. Уж очень они плохие, а без них худо, оставшуюся берегу, как свой глаз. Собаки сильно работают. Кормим их досыта по фунту и более галет. Ночью мерзлячек беру в палатку.

Понедельник, 10 февраля. В 9 двинулись дальше. Я до того оказался слаб и болен бронхитом, что не мог 10 шагов пройти вперед. Сидел опять на нарте. Адски промерз, так как был одет для ходу. Кажется, еще больше усилил простуду, ибо стала болеть грудь и все ниже в правой стороне, страшно лихорадит. Дорога была скверная, и я все-таки был принужден управлять своей нартой, был настоящим мучеником. Ед-

ва дотянул до 4 часов, когда остановились ночевать у К. Климентса. Сейчас в палатке при огне очень дурно себя чувствую. Ужасно боюсь, чтобы не получить воспаления легких. Здесь встретили немного воды и айсберги плавающие, тюленьи продушины стали попадаться по тонкому льду. Одна сейчас в 5 саж. от палатки. Тюлени сопят и страшно волнуют собак, вероятно, всю ночь бедняги не будут спать. У Пустошного шла кровь ртом и носом. У Линника сильно ноги мерзли. Сегодня был особенно холодный день.

Вторник, 11 февраля. Сегодня снялись из-за моей болезни в 10 ч утра. Я оделся в пимы и полюсный костюм и ехал на нарте, как баба. Дорога была вся в ропаках, и только под вечер встретился солончак. Собаки с утра все сильно дрожали и везли плохо и только под вечер разошлись. Встретили песцовый след. У Линника шла носом кровь, у Пустошного до того ноги замерзли, что он по дороге вынужден был надеть пимы и в них идти. В 4 ч встали на ночевку, пройдя около 15 верст, у Земли Александра. Сегодня была такая заря, что в ней казалось почти солнце. Виден уже Теплиц-бай. Я лучше чувствую себя, ибо был тепло одет и все время сидел на нарте спокойно.

Среда, 12 февраля. Сегодня снялись в 8 ч утра. Холод стоял адский, при 35° ветер в 3 балла и метет снег. Это самый холодный день. Я еду больным в полюсном костюме, как чучело, и все-таки прозяб, дорога отвратительная: масса ропаков, приходится проводить по одной нарте, целое мученье, собаки очень мерзнут и плохо везут. Встретили свежий медвежий след и много следов песцовых, слева, кажется недалеко, вода, за туманом ее не видно; отогревали Арестанта. Линник подморозил на ногах большие пальцы. Прошли около 15 верст и остановились в 4 ч ночевать уже у Земли Рудольфа. Сегодня был минимум –42°. Сейчас дует балла на 4 Ost. Палатку изрядно треплет, мы же, как цыгане, сидим вокруг примуса.

Четверг, 13 февраля. 13 число неудачное, как вообще. Снялись в 9 и пошли в тумане (идет снег), дорога тяжелая, собаки еле везут, ничего не видно. Забрели в какой-то пролив, между островками, но только не в Теплиц-бай, хотя он уже, чувствуется, близко. После 2-х разъяснело, сделался чудный, теплый день, но дорога тяжелая: снег и ропаки, тащимся дальше по курсу. В океане, видно, воды много, ибо видать черное небо. Встретили зайца у лунки, не подпустил на выстрел, сполз. В 5 ч. остановились ночевать, кажется у Земли Рудольфа, трудно с уверенностью судить, так как в этом месте карта страшно не верна. Посмотрим, что покажет завтрашний день. Вечером пришел медведь к палатке, огромный, собаки его погнали. Я, несмотря на болезнь, пошел с Линником на собачий лай. Пройдя кое-как около 2 верст, мы нашли медведя сидящим в лунке, окруженного собаками. Я несколько раз стрелял в него с аршинного расстояния, но ружье так замерзло, что не дало ни одного выстрела. Когда пошли мы, разочарованные, назад, то я уже двигаться из-за болезни не мог. Пришлось остаться с собаками сторожить медведя, а Линник пошел за нартой. Вскоре медведь выскочил из лунки и побежал на SW, собаки за ним. Через два часа меня нашла нарта и привезла, как труп, в палатку. Здоровье свое ухудшил, а тут еще нужно залезть в замерзший обледенелый мешок.

Пятница, 14 февраля. Сегодня в 9 часов потащились дальше. Снег, туман, ничего не видать, собаки не везут – караул. Протащились около 3–4 верст и стали лагерем. У группы маленьких островков между Землями Рудольфа и Александра (у С. самого N), к W и N вода, дальше ничего не видно. Буду здесь стоять лагерем, пока не дождусь ясной погоды. Здоровье мое очень скверно, вчерашний медведь ухудшил его. Кончился пуд керосина, начали другой.

Суббота, 15 февраля. В 10 ч утра ясно, морозу 30 градусов. Пошли через проливы к Земле Рудольфа, которая ясно была видна, пройдя около 12 верст, наткнулись на сплошной, тонкий (1 вер.) солончак. Взошли первой нартой на него (Льдинкой), а она и провалилась, вместе с ней и собаки. Люди держались свободно. С большим трудом вытащили нарту назад, ничего не подмочив, так как каяк великолепно плавал. Остановились здесь же ночевать и ждать, пока достаточно замерзнет пролив. Сегодня у воды видели стада тысячные птиц: люмсы и кайры. Я ужасно разбит болезнью. Сильнейший бронхит, болит горло и опухли ноги. Лежу все время в мешке, настоящий мученик.

Воскресенье, 16 февраля. Сегодняшний день сидели у пролива и ждали, пока он замерзнет. А он не замерзает – и только, видно, здесь большое течение. Люди ходили версты три-четыре к середине пролива и встретили там открытую широкую воду. Птиц и зверья менее. Завтра думаем тащиться на восток, может быть, там обойду воду. Болен я адски и никуда не гожусь. Сегодня опять мне будут растирать спиртом ноги. Питаюсь только одним компотом и водой, другого ничего душа не принимает. Конечно, съел бы яичко, сметанки, жареного цыпленка, даже чашку кислой капусты. Но где все это? Увидели выше гор впервые милое, родное солнце. Ах, как оно красиво и хорошо! При виде его в нас весь мир перевернулся. Привет тебе, чудеснейшее чудо природы! Посвети нашим близким на родине, как мы ютимся в палатке, как больные, удрученные, под 82° широты.

Из дневника Григория Линника:

«24 февраля. Встали в 5 часов утра и без всякой еды принялись за приготовление к похоронам. Сама даже природа сочувствует нашему горю. Установился хотя и холодный с –35° мороза, но зато тихий и ясный день. Сейчас же по выходе из палатки впряглись оба в нарту, на которой было положено тело нашего начальника, сделанный мной из лыж крест, кирка для добывания камня, молоток для щебня и русский национальный флаг (складной с медной трубкой, на которой выгравирована надпись следующего содержания: «Expedition leit. Sedov’a 1912–1914 гг.».

Затем мы взяли еще лопату для расчистки снега и с этой печальной кладью направились к земле. Через 1/2 часа были у самого берега и, выбрав подходящее место, втащили нарту с покойником на косогор высотою до шести сажен от уровня моря, где и было решено предать тело земле. Обряд похорон происходил следующий: я выбрал, насколько это было возможным, поровнее место, разгреб снег лопатой. Затем сняли тело с нарты, повернули головой к северо-востоку, сняли шапки. Я перекрестился и сказал: «Господи, боже наш, прими душу усопшего раба твоего Георгия», – после чего трижды пропели «Вечную память» и затем снятое с нарты тело уложили на назначенное место. От первого камня, положенного мной на могилу в знак глубокого скорбного траура, я отбил три кусочка: один – для себя, один – на судно и один – думаю доставить супруге бывшего моего начальника. Это же сделал и Пустошный.

В 10 часов утра могила с установленным крестом была готова. Флаг положен вместе с начальником. Нарта, на которой везли тело, оставлена у могилы. Также оставлены кирка и молоток. С камнем на сердце и слезами на глазах взглянул я последний раз на могилу, перекрестился и пошел к палатке, где с Пустошным сразу же после скорой еды мерзлого сала стали собираться в обратный путь».

Источник: «Советская Россия»  06.03.2014

http://sovross.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=596233


comments powered by HyperComments

Прочитано: 126 раз(а)
Руководители Центрального Совета СКП-КПСС                                                                                        Все персональные страницы →

Зюганов
Геннадий Андреевич

Председатель
Центрального
Совета СКП-КПСС

Тайсаев
Казбек Куцукович

Первый зам. председателя
Центрального
Совета СКП-КПСС

Симоненко
Петр Николаевич

Заместитель председателя
Центрального
Совета СКП-КПСС

Карпенко
Игорь Васильевич

Заместитель председателя
Центрального
Совета СКП-КПСС

Ермалавичюс
Юозас Юозович

Заместитель председателя
Центрального
Совета СКП-КПСС

 

Новиков
Дмитрий Георгиевич

Заместитель председателя
Центрального
Совета СКП-КПСС

Макаров
Игорь Николаевич

Заместитель председателя
Центрального
Совета СКП-КПСС

Хоржан
Олег Олегович

Секретарь Центрального
Совета СКП-КПСС

Никитчук
Иван Игнатьевич

Секретарь Центрального
Совета СКП-КПСС

Фененко
Юрий Вячеславович

Секретарь Центрального
Совета СКП-КПСС

Гаписов
Ильгам Исабекович

Секретарь
Центрального
Совета СКП-КПСС

Волович
Николай Викторович

Секретарь
Центрального
Совета СКП-КПСС

Царьков
Евгений Игоревич

Секретарь
Центрального
Совета СКП-КПСС

Костина
Марина Васильевна

Секретарь
Центрального
Совета СКП-КПСС

© 2015. СКП-КПСС
Сайт создан в "ИР-Медиа"

Создание сайта агентство IR MEDIA