Абхазия, Азербайджан, Армения, Беларусь, Грузия, Казахстан, Кыргызстан, Латвия, Литва, Молдова, Приднестровье, Россия, Таджикистан, Туркменистан, Узбекистан, Украина, Эстония, Южная Осетия
Вы находитесь: Главная » Американский милитаризм и фашизм на страже гегемонии США

Американский милитаризм и фашизм на страже гегемонии США

АРСЕЕНКО АНАТОЛИЙ ГРИГОРЬЕВИЧ, замдиректора Института проблем социализма, кандидат исторических наук, старший научный сотрудник (Киев). В прошлом — советский дипломат, первый секретарь Посольства СССР в Канаде (1979—1985), заместитель Постоянного Представителя Украинской ССР в ООН (1987—1989).

На пороге ХХІ века страны «золотого миллиарда» планеты во главе

с США втянулись в системный кризис, основательно потрясший все подсистемы глобального капитализма. Попытки лечения старого строя неолиберальными средствами потерпели фиаско. Неолиберализм не решил ни одну из острых проблем, созданных воротилами финансового мира.

И не смог предотвратить глобальный кризис 2008—2009 годов с маркой «сделано в США». Последний был во многом повторением Великой депрессии 1929—1933 годов. Тем не менее, коллапс буржуазной экономики не помешал новому переделу собственности в мире капитала в пользу сильных мира сего. То есть в пользу заправил Уолл Стрита, магнатов большого бизнеса и других власть имущих в Соединённых Штатах.

В историческом плане крах той или иной модели экономического развития всегда завершался отказом от обанкротившейся теории. Ничего подобного в данном случае не произошло. Неолиберальная «экономикс» остаётся экономическим мэйнстримом именно потому, что она отвечает интересам крупного капитала в перераспределении доходов и богатств в его пользу. Первые три десятилетия после Второй мировой войны вошли в американскую историю как «славное послевоенное тридцатилетие» или «золотой век капитализма».

В то время в Соединённых Штатах действовало прогрессивное налогообложение тех, кто получал крупные доходы. В результате быстрыми темпами шло выравнивание доходов. Доходы тех, кто занимал нижние места в социальной пирамиде, росли быстрее тех, кто оккупировал верхние этажи на правящем Олимпе. Но с конца 1970-х годов эта направленность была обращена вспять, что привело к беспрецедентному росту неравенства в США.

В 1976 году верхний 1% семей Соединённых Штатов получал 8,9% всех доходов до налогообложения. В 2012 года доля верхнего 1% семей более чем удвоилась и составила 22,46%. (См.: Income Inequality [Electronic Resource]. — Access mode: http://inequality.org/income-inequality/). Ещё большее неравенство наблюдается в США в распределении богатства. Доля богатства верхних 3% семей выросла с 44,8% национального богатства в 1989 году до 54,4% в 2013-м. В настоящее время 3% богачей владеют в 2 раза большим богатством, чем нижние 90% семей. (См.: Wealth Inequality [Electronic Resource]. — Access mode: http://inequality.org/wealth-inequality/). Поэтому культ милитаризма в США вызван необходимостью государства, по словам «отца» Конституции США Джеймса Мэдисона, стоять на страже «тех, у кого есть собственность», преумножать их богатство и оберегать от «тех, у кого нет собственности».

В статье «Воинствующий милитаризм и антимилитаристская тактика социал-демократии» (1908) В.И.Ленин дал определение милитаризма: «Современный милитаризм есть результат капитализма. В обеих своих формах он — „жизненное проявление” капитализма: как военная сила, употребляемая капиталистическими государствами при их внешних столкновениях („Militarismus nach aussem”, как выражаются немцы) и как оружие, служащее в руках господствующих классов для подавления всякого рода (экономических и политических) движений пролетариата („Militarismus nach innen”)». (Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 17. С. 187). Вот почему научное разоблачение антинародной и антирабочей сущности современного американского милитаризма в настоящее время является не менее актуальным, чем на заре ХХ века, когда были написаны приведённые выше ленинские строки.

Милитаризация внутренней и внешней политики США после Второй мировой войны шла параллельно с ростом имперских амбиций Вашингтона и усилением кризисных явлений в американском обществе. От грядущего краха США в 1990-е годы спасло разрушение первой в мире Страны Советов. Демонтаж социализма в СССР и странах Восточной Европы отсрочил экономический коллапс США и превратил их в единственную сверхдержаву. Так было снято главное препятствие на пути к имперской глобализации мира, и началась планетарная экспансия американского капитала. Формирование глобальной экономики сопровождалось вытеснением стран «третьего» мира и с так называемой «переходной» экономикой на периферию мирового развития, превращением их в сырьевые придатки стран «золотого миллиарда» планеты.

Для закрепления колониального статуса «новых рыночных демократий», а также защиты частной собственности в собственном доме и за рубежом американский империализм сделал ставку на милитаризм.

В настоящее время милитаризм пропитывает все социальные ткани американского общества. Его корни уходят в далёкое прошлое имперской борьбы США за установление своего господства сначала в Северной и Южной Америке, а затем во всём мире. За 240 лет со дня своего образования США просуществовали без ведения тех или иных видов войн примерно лишь 20 лет. (См.: Dupuy T. The Need to Be At War Just Never Stops [Electronic Resource] / Tina Dupuy. July 17, 2015. — Access mode: http://www.alternet.org/culture/need-be-war-just-never-stops). Преступный военный разбой США достиг апогея 70 лет назад, когда в августе 1945 года жертвами варварской атомной бомбардировки Хиросимы и Нагасаки стали почти 500 тыс. человек. Мир погрузился в пучину «холодной войны», атомная дипломатия стала альфой и омегой стремления США к мировому господству, организованное военное насилие было возведено в ранг американской государственной политики.

Со времени разгрома гитлеровского фашизма и японского милитаризма человекоубойная машина Пентагона причинила невыразимое горе и страдания многим народам мира. После Второй мировой войны военно-промышленным комплекс США развязал 37 войн. Их жертвами стали от 20 до 30 млн. человек. Американская военщина лишила жизни от 10 до 15 млн. людей только в ходе войн в Корее, Вьетнаме и Ираке. От 9 до 14 млн. человек погибли в бойнях американского империализма, затеянных им в Афганистане, Анголе, Демократической Республике Конго, Восточном Тиморе, Гватемале, Индонезии, Судане и Пакистане. (См.: Lucas J.A. US Has Killed More Than 20 Million People in 37 “Victim Nations” Since World War II. [Electronic resource]. November 2015. — Access mode: http://www.globalresearch.ca/us-has-killed-more-than-20-million-people-in-37-victim-nations-since-world-war-ii/5492051). Однако этими цифрами не исчерпывается всемирный мартиролог американской «демократии» в послевоенный период.

По понятным причинам страны-агрессоры не заинтересованы в предании гласности собственных безвозвратных потерь, а также численности своих жертв. Для подтверждения последнего вывода достаточно вспомнить неоднократные ссылки «медных касок» Пентагона на то, что армия США «не занимается подсчётом трупов своих врагов». И что лишение жизни многих тысяч мирных граждан является неизбежным «сопутствующим ущербом» в вооружённых конфликтах. В этом циничном утверждении американской военщины выражена вся кровожадная сущность милитаризма в Новом Свете, который в настоящее время делает всё большую ставку на грубую силу ради продления гегемонии США. Поскольку возможности «липкой» и «мягкой» силы для достижения той же цели в последнее время явно пошли на спад.

По мнению американского военного историка Эндрю Басевича, «новый американский милитаризм» представляет собой опасную концепцию войны, военной службы и военных институтов, которая пронизывает американское сознание и неправильно истолковывает современную американскую политику безопасности. Он отмечает: «Сегодня американцы, как никогда ранее в их истории, очарованы военной мощью. Глобальное военное превосходство, которым в настоящее время обладают Соединённые Штаты — и которое они решительно намерены увековечить — заняло центральное место в нашей национальной идентичности. Национальный арсенал высокотехнологичной боевой техники и военнослужащие, которые используют этот арсенал, стали символизировать, кто мы есть и что мы отстаиваем, в большей мере, чем бесподобное материальное изобилие Америки или даже неограниченные потоки её поп-культуры». (Bacevich A.J. The New American Militarism: How Americans are Seduced by War. — N.Y.: Oxford University Press, 2005. P. 1).

Милитаристские усилия США с начала 1940-х годов направлены на установление мирового господства США. Реализация этого проекта всегда преследовала цель создания «большой территории» с преобладанием на ней американского экономического и военного доминирования для обеспечения промышленности необходимым сырьем. В одной из своих секретных записок госдепу американский дипломат Джордж Кеннан писал: «В нашем распоряжении примерно 50% всех богатств мира, но только 6,3% его населения… Наша реальная задача на ближайший период состоит в том, чтобы разработать образец отношений, позволяющий нам и дальше поддерживать такое неравенство… мы оказываемся перед необходимостью действовать, решительно опираясь на нашу мощь. И чем меньше идеалистические лозунги будут нам мешать, тем лучше».. (Цит. по: Стоун О., Кузник П. Нерассказанная история США / Пер. с англ. А.Оржицкого, В.Полякова. — М.: КоЛибри, Азбука-Аттикус, 2014. С. 310—311)).В течение всех послевоенных лет империализм США борется за претворение в жизнь этой цели.

О планетарном размахе военного разбоя США в рамках достижения названной цели свидетельствует тот факт, что с момента капитуляции Японии до известных событий в Нью-Йорке 11 сентября 2001 года американский империализм провёл 201 военную операцию за рубежом. И в каждой из них США первыми наносили военный удар. (См.: Джонсон Ч. Немизида: последние дни американской республики / Пер. с англ. В.Панова. — М.: СТОЛИЦА-ПРИНТ, 2008. С. 34). Так называемые гуманитарные вмешательства Вашингтона в дела других суверенных стран обернулись трагедией для народов. Попытки «с позиций силы» поставить на службу американскому капиталу весь мир могли приобрести ещё более массовый и опасный характер. Но этим планам не суждено было сбыться потому, что в августе 1949 года Советский Союз произвёл испытание атомной бомбы. Это положило конец американской монополии на обладание ядерным оружием, но отнюдь не милитаризации общественного сознания в цитадели капиталистического мира.

В годы «холодной войны» квинтэссенцией внешней политики США стало военное вмешательство янки в дела других государств под прикрытием «миролюбивой» риторики. Американский историк Уолтер Миллис в своей книге «Оружие и люди», вышедшей в свет в 1956 году, признаёт: «После 1917 года американская власть над мировой историей выражалась, сознательно или бессознательно, в терминах военного или промышленного потенциала, который можно было бы мобилизовать и своевременно направить за границу для разрешения проблем, которые возникают среди других и за которые другие борются и умирают». (Millis W. Arms and Men: A Study in American Military History. — N.Y.: G.P. Putman’s Sons, 1956. P. 354). Во что обходятся «проблемным» странам «миротворческие» миссии США, за примерами далеко ходить не надо. Достаточно объективно проанализировать так называемую помощь Украине со стороны США, спровоцировавших «евромайдан» и братоубийственную войну на Юго-Востоке нашей страны.

В продвижении своих милитаристских целей империализм США в разгар «холодной войны» взял курс на расширение базовой стратегии Пентагона. Несмотря на её окончание, в наши дни за пределами США находятся примерно 800 американских военных баз. Через 70 лет после Второй мировой войны и 62 года после корейской войны продолжают располагаться 174 базы в Германии, в Японии — 113 баз, в Южной Корее — 83 базы. В дополнение к ним сотни военных баз разбросаны на территории около 80 иностранных государств. Содержание названных форпостов Пентагона за рубежом ежегодно обходится в 156 млрд. долл. американским налогоплательщикам, которым приходится всё туже затягивать пояса. В целом военный персонал США находится в 160 странах мира, выполняя функции охраны посольств, военных инструкторов и советников. (См.: Vine D. Military Madness: How 800 American Bases Across the Globe Make Us Less Safe [Electronic Resource]. September 14, 2015. — Access mode: http://www.alternet.org/print/world/military-madness-how-800-american-bases-across-globe-make-us-less-safe).

По мнению автора монографии «Политическая экономия американского милитаризма» профессора Исмаила Хоссейна-задэ, в целях оправдания увеличения военных расходов после окончания «холодной войны» в США были объявлены «новые источники опасностей американским интересам». К ним относятся «непредсказуемые, ненадёжные региональные державы третьего мира», так называемые «государства-изгои», «глобальный терроризм» и «исламский фундаментализм». После перевыборов в 2004 году, президент США Джордж Буш-младший добавил новое оправдание продолжению экспансии американского милитаризма: «распространение демократии во всех уголках нашей планеты».

Профессор Хоссейн-задэ справедливо отмечает: «Притязания на продвижение демократии почти всегда окрашивали империалистическую внешнюю политику США. Все всенародно избранные лидеры, такие как Мосаддык в Иране, Альенде в Чили, Арбенс в Гватемале, Хуан Бош в Доминиканской Республике, были устранены посредством американских военных и специальных разведывательных операций во имя распространения демократии». (Hossein-zadeh I. The Political Economy of U.S. Militarism. — N.Y.: Palgrave Macmillan, 2006. P. 244). На изломе двух тысячелетий перечень демократически избранных глав государств, свергнутых американской военщиной подобным образом с той же целью и под тем же прикрытием, значительно расширился.

На потребу больших и малых войн американский империализм из года в год выбрасывает огромные суммы. В период «холодной войны» военный бюджет США в отдельные годы агрессии против Корейской Народно-Демократической Республики (1950—1953 гг.) и Демократической Республики Вьетнам (1965—1975 гг.) превышал 300 млрд. долл. в год. По оценкам Стокгольмского международного института по исследованию проблем мира (СИПРИ), глобальные военные расходы в 2014 году составили 1 776 млрд. долл., США — 610 млрд. долларов. Таким образом, на долю США приходилось более трети ассигнований всех стран мира на нужды войны. США тратили на военные цели примерно столько же, сколько расходовали с той же целью следующие за ними 8 крупнейших государств мира (Китай, Россия, Саудовская Аравия, Франция, Соединённое Королевство, Индия и ФРГ), вместе взятые. (См.: Freeman S.P., Fleurant A., Wezeman P.D., Wezeman S.T. Trends in World Military Expenditure, 2014. [Electronic Resource]. — Access mode: https://www.scribd.com/fullscreen/261692050?access_key=key-J5ebuCnJYWA-7q2x0NkLm&allow_share=true&escape=false&view_mode=scroll). В настоящее время в мире насчитывается всего два десятка государств, чей ежегодный ВВП превышает огромные ежегодные расходы США на милитаристские цели. (См.: Dupuy T. The Need to Be At War Just Never Stops. [Electronic Resource]. July 17, 2015. Access mode: http://www.alternet.org/culture/need-be-war-just-never-stops).

В своё время «грязная война» американского империализма во Вьетнаме дорого обошлась народам США и ДРВ. На её нужды США бросили почти 107 млрд. долл. В ходе этой агрессии ВМФ и ВВС осуществили более полумиллиона бомбардировок, использовали более 162 тыс. тонн взрывчатых веществ. Это в 3 раза больше, чем было сброшено бомбардировщиками США в годы Второй мировой войны. Тем не менее, армии США пришлось спасаться бегством в 1975 году, потерпев фиаско в 10-летнем сражении с социалистическим Вьетнамом и южновьетнамским Национальным освободительным фронтом (Вьетконгом). Военная авантюра США в Индокитае привела их вооружённые силы к весомым потерям, которые исчисляются 47 244 убитыми в боях, 10 752 погибшими от болезней и 153 329 ранеными. (См.: Словарь американской истории / Под ред. Т.Первиса; пер. с англ. — М.: «Российская политическая энциклопедия» (РОСНЭН), 2007. С. 103). Это стало причиной возникновения «вьетнамского синдрома» и несколько охладило воинственный угар на берегах Потомака.

Однако уроки вьетнамской бойни вскоре в США были преданы забвению, особенно после разрушения СССР. В 1980 году американский империализм вновь вышел на тропу войны.

С тех пор США были вовлечены в 14 агрессивных вооружённых акций только в исламских странах, в которые они либо вторгались, либо оккупировали их, либо бомбили. Перечень военного разбоя США в этом регионе включает такие государства: Иран (1980, 1987—1988), Ливия (1981, 1986, 1989, 2011), Ливан (1983), Кувейт (1991), Ирак (1991—2011, 2014 — до настоящего времени), Сомали (1992—1993, 2007 — до настоящего времени), Босния (1995), Саудовская Аравия (1991, 1996), Афганистан (1998,

2001 — до настоящего времени), Судан (1998), Косово (1999), Йемен (2000, 2002 — до настоящего времени), Пакистан (2004 — до настоящего времени) и сейчас Сирия. Кроме того, вооружённые силы США на исходе ХХ века осуществили интервенции в Гренаду (1983), Панаму (1989) и Гаити (1994). (См.: Bacevich A.J. Even if we defeat the Islamic State, we’ll still lose the bigger war [Electronic Resource] /. — Access mode: http://www.washingtonpost.com/opinions/even-if-we-defeat-the-islamic-state-well-still-lose-the-bigger-war/2014/10/03/e8c0585e-4353-11e4-b47c-f5889e061e5f_story.html).

Каждая из названных войн упорно подталкивала «холодный мир» к «горячим» бойням и способствовала обострению социальных проблем и системного кризиса в американском обществе. В свою очередь это создавало питательную почву для фашизма. В 1971 году американский марксист Джил Грин на основании анализа роста правого радикализма в США пришёл к выводу о том, что «либо страна будет двигаться к миру и в направлении социализма, либо она будет втянута в одну из американских форм военно-фашистско-расистского правления, ведущего

к угрозе всемирного холокоста». (Green G. The New Radicalism: Anarchist or Marxist? — N.Y.: International Publishers, 1971. P. 161). Примерно в то же время, в 1972 году известный исследователь гитлеровского фашизма, автор монументального труда «Взлёт и падение третьего рейха» Уильям Ширер высказал предположение, что «Америка может стать первой страной, в которой фашизм придёт к власти в результате демократических выборов». (Gross B. Friendly Fashism: The New Face of Power in America. — N.Y.: M.Evans and Company, Inc., 1980. P. 6). Сдвиг вправо в общественно-политической жизни США в период неоконсервативной волны подтвердил вероятность реализации этих прогнозов.

Правый радикализм, получивший развитие в США к началу ХХ века, обрёл «второе дыхание» с приходом к власти рейгановской консервативной коалиции. Правые радикалы в её рамках превратились из охранителей статус-кво в защитников «среднего класса» от коррупционеров, олигархов и «бездельников из низов» и выступили в роли носителей реакционного социального протеста. В число наиболее известных праворадикальных движений входят профашистское Общество Джона Берча и расистская террористическая организация Ку-клукс-клан. Наряду с множеством консервативных и праворадикальных движений, образованных до подъёма неоконсервативной волны, в настоящее время в США действует широко разветвлённая сеть новых организаций и групп, получивших название «новых правых». Это — ультраправые группы, ведущие борьбу за разрешение одной из злободневных проблем, и различные религиозные правофундаменталистские группы. (См.: Современные Соединенные Штаты Америки. Энциклопедический справочник. — М.: Политиздат, 1988. С. 131—133). Мощным импульсом к активизации правого радикализма стало вступление капитала в новую транснациональную или глобальную форму всемирного капитализма.

Последняя берёт своё начало в

1970-х годах и характеризуется ростом транснационального капитала и транснационального капиталистического класса (ТКК). К началу ХХІ века ТКК ввёл в действие несколько новых механизмов накопления, в том числе посредством милитаризации накоплений. Как известно, структурный кризис 1930-х годов был разрешён с помощью фордистско-кейнсианского или «перераспределительного капитализма». Однако эта модель исчерпала свои возможности ко времени втягивания экономики США в очередной кризис 1970-х годов. Надежды власть имущих в США и в других странах выйти из него посредством капиталистической глобализации или с помощью глобального неокейнсианства не оправдали себя. Ибо они не смогли предотвратить глобальный финансово-экономический кризис 2008—2009 годов.

По мнению американских социологов Уильяма Робинсона и Марио Баррера, если попытки реформизма сверху ответить на вызовы последнего кризиса провалятся, а левые окажутся неспособными перехватить у них инициативу, то тогда дорога к фашизму ХХІ века будет открыта, по крайней мере, в некоторых странах и регионах мира. Названные авторы в своей статье «Глобальный капитализм и фашизм двадцать первого века» резонно отмечают. «Протофашистский ответ на кризис приведёт к милитаризму, экстремальной маскулинизации, расизму, поиску козлов отпущения (таких как рабочие-иммигранты и мусульмане в Соединенных Штатах и Европе) и мистифицированным идеологиям». (Robinson W.I., Barrera M. Global Capitalism and Twenty-First Century Fascism: A US Case Study // Race and Class. — 2012. Vol. 53(3). P. 8). В настоящее время все эти проявления фашизма в США из предвидения и предположения превратились в действительность.

По мнению Робинсона и Барреры, многие, но не все аспекты классического фашизма имеют место или находятся в стадии становления в США. «Появление Христианских правых со средины 1980-х гг., взрыв движения Чайной партии, резкое увеличение насильственных групп на почве ненависти, расширение порочного антииммигрантского движения и психопатология упадка белых являются индикаторами определённого роста фашистских тенденций в рамках американского гражданского общества и общественного строя», — пишут они. (Robinson W.I., Barrera M. Op. cit. P. 12). Далее названные авторы обращают внимание на то, что фашизм ХХІ века не будет повторением своего предшественника в ХХ столетии. По их мнению, повышение роли политического и идеологического доминирования посредством контроля над СМИ сделает реализацию фашистского проекта ХХІ века более изощрённой.

Новые технологии всеохватывающей слежки и контроля, вероятно, позволят больше полагаться на селективные, чем на всеобщие репрессии. «Эти и другие новые формы социального контроля и идеологического господства затемняют границы. Таким образом, здесь может функционировать конституционный и нормированный неофашизм (с нормальными представительными институтами, конституцией, политическими партиями и выборами), и в то же самое время политическая система может жёстко контролироваться транснациональным капиталом и его представителями», — пишут Робинсон и Баррера. (Ibid.). Справедливости ради необходимо отметить, что пальма первенства в определении симбиоза правого радикализма и транснационального капитала в США принадлежит американскому профессору экономики Бертрану Гроссу, автору вышедшей в свет в 1980 году монографии «Дружественный фашизм: Новое лицо власти в Америке».

В настоящее время американский и европейский транснациональный капитал пытаются разрешить последствия кризиса 2008—2009 годов посредством атак на глобальный рабочий класс на основе завершения «неолиберальной контрреволюции». «Великая рецессия» стала поворотным пунктом в новом антирабочем наступлении, ибо она создала условия для нового раунда массированных чрезвычайных мер во всём мире, повышения «гибкости» рабочей силы и размеров безработицы и т. д. Кризис позволил транснациональному капиталу усилить эксплуатацию труда, добиться сокращения «плотности» профсоюзов (деюнионизации) в результате деиндустриализации и флексибилизации (гибкости) рынка труда. Все это привело к значительному всплеску социальных патологий в американском обществе.

В этих условиях господствующие группы США развернули масштабные культурные и идеологические кампании под девизом «закон и порядок». Под их прикрытием произошёл поворот от государства благосостояния к государству социального контроля и росту индустриально-тюремного комплекса. В результате количество заключённых в тюрьмах США с 1980-х годов до начала ХХІ века увеличилось на 450%. (См.: ibid.). Как отмечает крупный современный криминолог, член Академии наук Норвегии и член Шведской Королевской Академии наук профессор Нильс Кристи, расходы государства

в США на борьбу с внутренним врагом в конце ХХ века почти сравнялись с затратами на борьбу с внешним врагом. «Тюремная индустрия поглощает значительную часть потенциальной рабочей силы Америки … в индустрии контроля над преступностью занято 4 процента от всей рабочей силы страны», — подчёркивает Кристи. (Кристи Н. Контроль над преступностью как индустрия. Вперёд, к ГУЛАГу западного образца / Под общ. ред. Я.И.Гилинского; ред. и авт. прим. Ю.Чижов; пер. с англ. А.Петрова (гл. 1, 2, 4, 5,7), В.Пророковой (гл. 3—12) / 3-е изд. — СПб.: Алетейа, 2012. С. 130).

В конце ХХ века Соединённые Штаты стали самым большим ГУЛАГом в мире. В настоящее время 2,2 млн. американцев отбывают сроки тюремного заключения, 4,8 млн. являются досрочно условно освобождёнными после отбытия определённого срока заключения в тюрьме. Ни одна другая страна в мире не может конкурировать с США в этом отношении. В стране с самым большим населением в мире — КНР — насчитывается 1,7 млн. заключённых. США являются «рекордсменом» не только по общему количеству, но и по удельному весу заключённых в тюрьмах. В 2013 году в Соединённых Штатах 702 из 100 тыс. человек находились за тюремными решётками, на Кубе — 510, в Российской Федерации — 467, в Иране — 290 человек. На долю чёрных и латиноамериканцев приходится 39% заключённых. Со времени появления первой частной тюрьмы в штате Теннеси в 1984 году места заключения стали прибыльным бизнесом для их владельцев вследствие использования дешёвого труда их обитателей. По данным Министерства юстиции США, в 2013 году в приватизированных тюрьмах в США числилось 133 тыс. или 8,4% заключенных. (См.: Leopold l. Why Does America Have More Prisoners Than Any Police State? [Electronic Resource]. — Access mode: http://www.alternet.org/print/news-amp-politics/why-does-america-have-more-prisoners-any-police-state).

В последнее время стараниями властей США сформирован мощный военно-индустриально-тюремный комплекс. Он выполняет важную роль в «военном накоплении капитала». В отличие от своего предшественника — «военного кейнсианства» — военное накопление осуществляется посредством ведения войны теперь как государственными, так и частнокапиталистическими структурами. Последние всё больше вовлекаются в военные дела и в связанные с войной процессы контроля и репрессий. Выполнением этих функций всё чаще занимаются частные военные фирмы (ЧВФ) и частные тюрьмы. Первые разгружают армию США от выполнения многих вспомогательных обязанностей, вторые почти даром выполняют военные заказы Пентагона. «Передача функций обеспечения безопасности — как внутренней, так и внешней — частным военным фирмам, стремящимся к извлечению прибыли, представляется делом весьма сомнительным с конституционной точки зрения. Но проблема заключается не только в этом. Переход контроля над государством к этим фирмам — а этот процесс уже начался — представляет реальную угрозу демократии», — подчёркивает немецкий исследователь ЧВФ Рольф Уэсселер. (Уэсселер Р. Война как услуга / Пер. с нем. Г.Сахацкого. — М.: СТОЛИЦА-ПРИНТ, 2007. С. 7).

Всё это влечёт за собой интенсификацию милитаризации капиталистической экономики и общественной жизни в главной цитадели так называемого «свободного» мира и бастионе мировой «демократии». И способствует развитию и укреплению протофашистских тенденций в американском социуме. «В целом фашизм в обоих вариантах двадцатого и двадцать первого века является не только политическим ответом на капиталистический кризис, но также и самостоятельным проектом в выполнении функции накопления капитала и извлечения прибыли, что соединяет вместе государство и капитал», — отмечают Робинсон и Баррера. (Robinson W.I., Barrera M. Op. cit. P. 21). Однако новые модели лечения «больного» общества в США не увенчались успехом.

Последний экономический спад в США послужил спусковым крючком к подъёму беспрецедентного праворадикального популистского движения по всей стране. В годы рецессии и после неё неофашистские организации в Новом Свете росли как грибы после дождя. Неофашистские течения вовлекли в своё русло множество новых правых центров, начиная от фундаменталистских Христианских правых и Чайной партии и заканчивая Хранителями верности присяги, Патриотическим движением, Милицейским движением, милитмэнами, движением Белой власти и различными видами неонацистских и ку-клукс-клановских организаций. Как известно, Христианские правые и Чайная партия тяготеют к Республиканской партии США, что делает нынешнюю борьбу на выборах между правыми и остальными необычайно драматичной и непредсказуемой.

Вне всякого сомнения, было бы преувеличением считать сегодня США фашистской страной, несмотря на явный подъём неофашистских движений и течений в Новом Свете. Но ещё большим заблуждением была бы недооценка праворадикальной угрозы в США в наши дни. Чтобы предотвратить опутывание эпицентра глобального капитализма и его вассалов коричневой паутиной, надо действовать. В этом контексте неизбежно возникает вопрос: Что делать? Ответ на этот вопрос в интерпретации американских социологов звучит так: «Единственное эффективное разрешение кризиса глобального капитализма заключается в основательном перераспределении богатства и власти вниз

в пользу бедного большинства человечества при одновременном движении к демократическому социализму, в котором человечество более не находится в состоянии войны с самим собой и с природой. И единственный путь к такому перераспределению может лежать в плоскости массовой транснациональной борьбы снизу». (Ibid. P. 26). Иного пути к выходу из исторического тупика, в который завёл человечество глобальный капитализм, нет! Как отмечал В.И.Ленин, полное уничтожение милитаризма возможно только в «тесной связи с социалистической революцией и как её следствие». (Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 49. С. 337).

 

Руководители Центрального Совета СКП-КПСС                                                                                        Все персональные страницы →

Зюганов
Геннадий Андреевич

Председатель
Центрального
Совета СКП-КПСС

Тайсаев
Казбек Куцукович

Первый зам. председателя
Центрального
Совета СКП-КПСС

Симоненко
Петр Николаевич

Заместитель председателя
Центрального
Совета СКП-КПСС

Карпенко
Игорь Васильевич

Заместитель председателя
Центрального
Совета СКП-КПСС

Ермалавичюс
Юозас Юозович

Заместитель председателя
Центрального
Совета СКП-КПСС

 

Новиков
Дмитрий Георгиевич

Заместитель председателя
Центрального
Совета СКП-КПСС

Макаров
Игорь Николаевич

Заместитель председателя
Центрального
Совета СКП-КПСС

Хоржан
Олег Олегович

Секретарь Центрального
Совета СКП-КПСС

Никитчук
Иван Игнатьевич

Секретарь Центрального
Совета СКП-КПСС

Гаписов
Ильгам Исабекович

Секретарь
Центрального
Совета СКП-КПСС

Царьков
Евгений Игоревич

Секретарь
Центрального
Совета СКП-КПСС

Костина
Марина Васильевна

Секретарь
Центрального
Совета СКП-КПСС

© 2015. СКП-КПСС
Сайт создан в "ИР-Медиа"

Создание сайта агентство IR MEDIA